

Непреходящая ценность художественных сочинений одного из деятелей зрелого Возрождения в Испании Мигеля де Сервантеса Сааведра (1547 - 1616) - в их глубоком демократизме, несокрушимой вере в человека, в реалистическом изображении испанской действительности того времени.
В настоящее издание вошли избранные сочинения знаменитого испанца, включая его роман "Хитроумный идальго Дон Кихот Ламанчский" и известные новеллы.
Том 2. Дон Кихот Ламанчский. Часть вторая.
«Хитроумный идальго Дон Кихот Ламанчский». Алонсо Кихано – человек знатного происхождения, но лишившийся своего состояния. Он коротает дни за поглощением романов о рыцарях и прекрасных дамах. В какой-то момент его разум замутняется и Алонсо представляет себя в образе прекрасного и бесстрашного рыцаря. Он берет себе новое имя Дон Кихот и отправляется в путешествие, чтобы заниматься помощью слабым и обиженным. Но и без традиционного посвящения в благородные воины не обошлось – инициацией, сам того не ведая, занялся трактирщик из ближайшей таверны. Он похлопал героя по плечу. Дальше сюжет обретает еще больше красок. На грани смеха и жалости, между отторжением и желанием опекать – так будет ощущать себя читатель во время всего повествования.
Непреходящая ценность художественных сочинений одного из деятелей зрелого Возрождения в Испании Мигеля де Сервантеса Сааведра (1547 - 1616) - в их глубоком демократизме, несокрушимой вере в человека, в реалистическом изображении испанской действительности того времени.
В настоящее издание вошли избранные сочинения знаменитого испанца, включая его роман "Хитроумный идальго Дон Кихот Ламанчский" и известные новеллы.
Том 2. Дон Кихот Ламанчский. Часть вторая.
«Хитроумный идальго Дон Кихот Ламанчский». Алонсо Кихано – человек знатного происхождения, но лишившийся своего состояния. Он коротает дни за поглощением романов о рыцарях и прекрасных дамах. В какой-то момент его разум замутняется и Алонсо представляет себя в образе прекрасного и бесстрашного рыцаря. Он берет себе новое имя Дон Кихот и отправляется в путешествие, чтобы заниматься помощью слабым и обиженным. Но и без традиционного посвящения в благородные воины не обошлось – инициацией, сам того не ведая, занялся трактирщик из ближайшей таверны. Он похлопал героя по плечу. Дальше сюжет обретает еще больше красок. На грани смеха и жалости, между отторжением и желанием опекать – так будет ощущать себя читатель во время всего повествования.